ДИКТАТУРА ГРЕХА

11.04.2009 г.
 Доклад на XIII Рождественских чтениях - Секция «Духовные основы глобализации»

Архиепископ Львовский и Галицкий Августин (Маркевич), председатель Синодальной Богословской комиссии УПЦ МП, в своем докладе «Традиционные религии перед вызовом секуляризации» на форуме «Диалог» (Родос, Греция) определил секуляризацию как процесс «освобождения мира от религиозного самопонимания и разрушение религиозной системы мировосприятия» и «выдавливание веры из общества», что «ведет к отделению религии от политики, права и морали». И далее Владыка Августин указывает, что «в настоящее время уровень секуляризации общества определяется глобализацией». Таким образом, степень дехристианизации человеческого общества Владыка ставит в прямую зависимость от уровня глобализации. И это действительно так.

Не смотря на то, что основным двигателем глобализации выступают развитые страны Запада, которые всегда пытались позиционировать себя как защитников христианских ценностей (вспомним такие выражения западных лидеров, как «крестовый поход» или «империя зла»), сам процесс глобализации является антихристианским. А та христианская риторика, которой были пронизаны речи Черчилля, Рейгана или Буша, являлась лишь данью европейскому менталитету и сложившейся в XX веке политической ситуации противостояния «христианского» капиталистического Запада и «безбожного» коммунистического Востока.


XX век породил два конкурирующих глобализационных проекта, каждый из которых стремился к мировому господству: восточный, коммунистический и западный, т.н. общества всеобщего благоденствия. Хотя ареной их противостояния стал весь мир, но «ареал обитания» каждого из проектов был четко очерчен. «Общество всеобщего благоденствия» угнездилось, в основном, в странах Западной Европы и США, а коммунизм поразил, в первую очередь, православные страны Восточной Европы.

Для западного проекта, в основном, были характерны меры экономического воздействия, для коммунизма – силового, тоталитарного контроля над всеми сторонами жизни подчиненных народов. Различные методы были связаны с разницей в целях каждого из проектов. Если на Западе открытая дехристианизация общества шла со времен Французской революции 1789 года, то на Востоке Европейского континента у славянских народов господствовала система религиозного, более того – православного – мировоззрения.

Именно для уничтожения православного мировоззрения, православной веры и православной церкви коммунизм и отделился в начале XX века от основного русла глобализации, которая идеологически «восходит к эпохе Возрождения и Просвещения» (см. Архиепископ Львовский и Галицкий Августин. «Традиционные религии перед вызовом секуляризации»). Коммунизм был впрыснут православным народам как ядовитая инъекция с целью отвратить их от истинного Бога, привести сначала к безбожию, погрузить в безплодные суеверия и мистические учения восточного типа вроде рерихианства, чтобы затем подготовить к принятию антихристианской идеологии «общества всеобщего изобилия», где «человек человеку – волк», а «бог любит богатых».

Именно процессом дехристианизации всей жизни, вплоть до мельчайших бытовых деталей (вспомним «рыбные дни» советского общепита – вторник и четверг, в противовес постным дня среде и пятнице) и были заняты коммунистические властители 70 лет своего господства.

Когда же архитекторы глобализации сочли, что народы «православной традиции» созрели до европейских стандартов индифферентности к религии, то в Советском Союзе появились прорабы перестройки и якобы альтернативный, коммунистический глобальный проект был «непонятно» и «неожиданно» для профанов свернут в течении пяти лет, а лидеры коммунизма – Горбачев, Ельцин, Кравчук, Назарбаев – стали признанными членами мировой элиты.

Таким образом, коммунистическая система не рухнула, как это принято думать, а была свернута за ненадобностью, как выполнившая свою задачу по дехристианизации православного Востока и приведшая православные прежде народы к единому идеологическому знаменателю с «постхристианскими» народами Запада.

Распространение сферы влияния «общества всеобщего благоденствия» на страны Восточной Европы активизировало процесс глобализации и перевело его на качественно новый уровень. Этот процесс стал более агрессывным и откровенно антихристианским, отвергающим все христианские нормы нравственности и морали.

Прежде всего это выразилось в попытке воплотить в жизнь теорию «золотого миллиарда», поделившую все население Земли на господ, продолжающих купаться в роскоши, обслуживающих их рабов и третью – самую большую категорию – «лишних людей», которые «за никчемностью» должны быть либо уничтожены, либо выброшены за пределы «цивилизованного мира» и обречены на медленное вымирание.

Однако, чтобы человечество приняло эту людоедскую теорию, вождям глобализации необходимо добиться тотальной перестройки массового сознания, добиться морального одичания людей, фактического уничтожения всех межличностных связей в человеческом социуме.

Эта работа ведется уже давно. Во второй половине XX века она воплотилась в форме молодежной «культуры» рока, секса и наркотиков. Основу этой «культуры» заложили когда-то маркиз де Сад и Зигмунд Фрейд с их пропагандой «нормальности» любых половых девиаций, английская королевская фамилия, возглавившая в XIX веке торговлю опиумом по всему земному шару, американский шоу-бизнес, глумливо обосновавшийся в местечке с названием «Святое древо» (Hollywood).

Но и рок-секс-драг культура – уже пройденный этап. Сегодня выросли внуки тех, кто в 1968 отверг моральные ценности своих родителей и двухтысячелетний опыт христианской цивилизации. Изменилась ситуация, меняются и методы воздействия на массовое сознание людей. Грех объявляется добродетелью, добродетель – грехом, больные - здоровыми, здоровые – больными…

Вот что пишет господин Патрик Бьюкенен, кандидат на пост президента США на выборах 2000-го года в предисловии к своей новой книге: «Все, что вчера считалось постыдным — прелюбодеяние, аборты, эвтаназия, самоубийство,— сегодня прославляется как достижения прогрессивного человечества. Ницше говорил о переоценке всех ценностей: прежние добродетели становятся грехами, а прежние грехи превращаются в добродетели. В своей книге я намерен описать эту революцию — какие она ставила перед собой цели, откуда и как возникла, как сумела лишить нас Бога, как осквернила наши храмы, изменила веру и подчинила себе молодежь и что предвещает ее триумф. Следует помнить, что эта революция восторжествовала не только в Америке — нет, она победила на всем Западе. Цивилизация, основанная на вере, а с нею культура и мораль отходят в прошлое и повсеместно заменяются новой верой, новой моралью, новой культурой и новой цивилизацией».

Американскому политику словно вторит Митрополит Кирилл, председатель ОВЦС: «…существуют силы, которые приветствуют радикальное вытеснение религиозных ценностей из жизни современного общества, его дальнейшую секуляризацию. Более того, они готовы использовать, как СМИ, так и законодательство, чтобы заставить религиозные организации подстроиться под современные либеральные стандарты и отказаться от своих моральных оценок. Чего стоила, например, поднявшаяся недавно шумиха вокруг честного и верующего человека Рокко Буттильоне, который, руководствуясь своими христианскими убеждениями, назвал гомосексуализм грехом. Европейские парламентарии заявили о невозможности для такой личности занимать пост комиссара в Европейской Комиссии. Разве, это не попытка ввести запрет на занятие политических должностей для тех, кто остался верным своим религиозным убеждениям?»*

Пример, приведенный Владыкой Кириллом характерен для сегодняшнего так называемого «цивилизованного мира». Действительно, на Западе существуют силы, причем на самом высоком уровне, которые заинтересованы в навязывании человечеству новой морали и новой культуры, а вернее, антикультуры и антиморали. Причем, свои действия они стремятся закрепить на законодательном уровне.

В США уже много лет существует запрет на христианскую символику в общественных местах, на преподавание в школах закона Божия. Недавно все средства массовой информации обошла история американского судьи, который установил в вестибюле суда каменную скрижаль с 10 заповедями. Его вынудили в судебном порядке убрать скрижаль из помещения, так как суд является общественным заведением.

В католической Италии в школах введен запрет на празднование христианских праздников, в том числе и Рождества Христова, дабы «не оскорблять религиозные чувства мусульман». Запрещено устанавливать рождественские символы и в школах США. В Германии, где так же много иммигрантов из мусульманских стран, в целях построения «толерантного» общества в этом году принято решение праздновать Рождество без… Христа. А на одной из площадей Берлина в костюме Санта-Клауса (Свт. Николая) установлена фигура негра. Во Франции принят закон о запрете на ношение религиозных символов в школах, а в Бельгии существует запрет на ношение религиозных символов в госучреждениях. И, наконец, ЕС принял Европейскую Конституцию, из которой удалены все упоминания о христианских корнях европейской цивилизации и о Боге.

Все это не оставляет сомнений в том, что европейское, и шире – западное – законодательство направлено своим острием против христианства. Пропагандируя терпимость-толерантность, современное западное государство на законодательном уровне навязывает гражданину мировоззрение и модель поведения, смертельно опасные для душевного, психического и физического здоровья человека. Поэтому не удивительно, что аморальное поведение, грех, уже стали нормой в большинстве стран Запада.

Так, в Германии широко распространена аббревиатура «НДСД» обозначающая в сокращении фразу: «никаких детей, сдвоенный налог». По этому принципу живет ныне огромное число немецких пар, соединившихся в гражданском браке (то есть – в блудном сожительстве) и отказывающихся заводить детей ради «более полного удовлетворения» своих гедонистических желаний. Одна из последовательниц данного принципа так и заявила с экрана телевизора: «я люблю читать книги, а разве можно спокойно читать, если у тебя маленький ребенок?» То есть, причиной отказа от детей является не материальная, а моральная нищета.

Отвращение к деторождению – один из признаков забесовленности общества. Сегодня страны Запада просто охватила страсть к абортам и контрацептивам. Изобретаются инъекции, которые могут на продолжительное время уберечь женщину от беременности, а мужчину сделать безплодным. Вокруг европейского континента плавают корабли-абортарии для гражданок тех стран, где аборты еще запрещены. Недавно Евросоюз официально потребовал от католической Польши «либеризировать» свой закон об абортах, который слишком строг для современного Запада.

На государственном уровне идет пропаганда однополой любви и прочих сексуальных извращений. Выше уже упоминалось о том, что в Европарламенте практически невозможно работать человеку, следующему христианской морали, люди лишаются своих должностей если они «гомофобы» – то есть, испытывают отвращение к содомскому греху.

В США нередки случаи, когда суд «восстанавливает в правах» содомитов. Так владелец одной из фирм был принужден судом восстановить в должности уволенного работника только из-за того, что тот гомосексуалист, и посчитал свое увольнение преследованием «за сексуальную ориентацию».

Другой суд, уже в Канаде, обязал владелицу меблированных квартир, которая выселила квартиранта, узнав о его однополых пристрастиях, вселить его обратно и уплатить значительную сумму в счет моральных издержек бедного гея. О моральных издержках тех, кто вынужден жить рядом с ним, суд не подумал.

Официальные лица (например, мэр Берлина или Нью-Йорка) считают своей обязанностью участвовать в ежегодных «парадах любви», которые проводят в этих городах слетающиеся со всего мира содомиты и лесбиянки.

Еще одна ужасающая черта современного западного общества – это все более широкое распространение узаконенного убийства – эвтаназии. Если раньше под это понятие попадали лишь тяжело больные старики, то теперь контингент возможных жертв расширился. Несколько месяцев назад английский суд разрешил умертвить грудного ребенка. В Евросоюзе появляется все больше стран, которые принимают закон об эвтаназии, возвращая современную западную цивилизацию в самые мрачные времена первобытнообщинного строя. Современные европейцы, в том числе, и европейские законодатели, стали носителями морали пещерных людей, считавших возможным убить становившихся обузой старцев и младенцев.

Правда, еще не разрешено откровенное людоедство, но на многочисленных сайтах в интернете людоеды ищут (и находят!) жертв, добровольно желающих быть съеденными. И где гарантия, что добровольное и свободное стремление одного существа быть съеденным другим не станет в недалеком будущем также, как и убийство, узаконенным?

Не стоит успокаивать себя, что если это и будет, то не у нас, а зарубежом. Тенденция последних лет показывает, что законодательство отдельных стран, навязывающее народам культ аморальности и греха, все чаще становится законодательством международным. Это верно, во всяком случае, для Европейского Союза, на который во многом ориентируется Россия (например, в вопросах о моратории на смертную казнь или распространении наркотиков).

В тоже время, в Конституции Российской Федерации записано, что международные законы имеют приоритет на российскими. И если бесноватое мировое сообщество будет продолжать двигаться в сторону узаконивания греха, то недалек тот час, когда оно потребует того же и от России.

Уже сегодня демократические СМИ в России ведут обработку общественного мнения по всем обозначенным выше проблемам. Причем, зачастую, это делается провокационно, и проблема бывает попросту высосана из пальца журналистами.

Так было после «венчания» содомитов в Нижнем Новгороде, так же произошло и после осуждения в Ростове-на-Дону двух девушек-подростков за убийство женщины-инвалида, которое СМИ тут же преподнесли как «эвтаназию». Раздувают демократические СМИ и кампанию против преподавания в школах закона Божьего, как реального препятствия распространению греха в обществе.

Принимаются и многочисленные программы по «воспитанию толерантности», что является, как и на Западе, первым шагом к агрессивной секуляризации общества. Пока развернуться этому процессу мешает та роль Церкви, которую она традиционно играла после падения коммунистического режима, как структура, питающая не только духовную жажду народа, но и исполняющая некую идеологическую функцию в отсутствие государственной идеологии. Однако этот этап кончается, власти активно заняты разработкой собственной идеологической концепции, и вскоре Церковь может оказаться, как и на Западе, в законодательной и социальной резервации.

В совокупности с той, готовой обрушиться на Россию, лавиной пропаганды греха, это может привести к необратимым для русского народа последствиям. То, что мы сегодня видим в жизни, на экране и в печати, и считаем духовной катастрофой, будет восприниматься нами временем упущенных возможностей по сравнению с будущим законодательным принуждением к греху миллионов граждан нашей страны. Сегодня в России человек может выбирать, смотреть ему богохульный фильм или нет, читать ему порнографический журнал или нет. После того, как Россия «дорастет» до общемирового «правового» уровня, человек окажется перед дилеммой: следовать ему своим христианским убеждениям и стать при этом нарушителем толерантного законодательства, либо признать диктатуру греха и поступиться своими религиозными убеждениями.

Еще есть время и возможность этого не допустить. И здесь велика роль Церкви. К сожалению, в настоящее время сопротивление пропаганде греха носит эпизодический и разрозненный характер. Есть небольшие православные организации и движения, а также средства массовой информации, которые целенаправленно противостоят процессу моральной деградации народа. Однако, по сравнению с теми силами и средствами, которые стремятся разложить российское общество, возможности этих православных организаций явно недостаточны.

В тоже время, Церковь, чей потенциал очень велик, до сих пор ограничивалась заявлениями общего характера и заметными, но эпизодическими мероприятиями типа «Демографического форума». Даже если на этих мероприятиях принимается какая-либо программа или декларация, у Церкви нет органа, который занимался бы воплощением этой программы в жизнь на постоянной основе.

Поэтому, чтобы противостоять диктатуре греха, Церковь должна перейти от тактики отдельных выступлений и мероприятий теоретического характера к целенаправленной плановой практической работе. Представляется целесообразным создать при Патриархии специальный отдел с подразделениями в каждой епархии для:

- мониторинга сложившейся ситуации,
- выработки стратегии и тактики,
- координации работы уже существующих православных организаций, выступающих против нарушений христианской этики,
- юридической, методической и финансовой поддержки этих организаций, выражения мнения Церкви на официальном уровне

 

___________________________________

* «КАК ЖИТЬ В "МИРОВОЙ ДЕРЕВНЕ"» Интервью митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла, председателя Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата газете отдела Московского Патриархата по взаимодействию с вооруженными силами и правоохранительными учреждениями "Мир всем" ("Мир всем" № 12(24), 2004 год) // http://www.mospat.ru/text/news/id/8333.html
Вячеслав Манягин,
2005 г. 
Последнее обновление ( 11.04.2009 г. )